X
Опубликовано 10.01.2019

Ждать… Как много боли в этом коротком слове.

И так много надежды.

Ждать… Как много боли в этом коротком слове.

Лето. Жаркое августовское солнце согревает своим теплом перрон, где уже собралось много встречающих.

Это все женщины — все они улыбаются, на них надеты красивые летние платья. Они негромко переговариваются и смеются.

Я стою в зале ожидания в красивом синем сарафане и тоже жду этот поезд, который вот-вот должен прийти.

Я смотрю на часы и оглядываю себя. Поправляю складки подола, бант на животе. Я с любовью глажу свой плоский живот и представляю, как он скоро начнёт округляться… Я буду смотреться так красиво с большим животом!

Вдруг меня кто-то толкает под бок, и я обращаю свой взгляд на женщину, которая спешит влезть поближе к двери. Её рыжие волосы растрепаны, вид такой будто она только встала с кровати.

— Эй, смотри куда идёшь! — хмурю я брови.

— Я опаздываю! Уже три дня как задержка! — на бегу бросает она.

Рядом со мной стоит ещё одна женщина — худенькая блондинка в длинном белом платье. Она тоже включается в нашу перепалку:

— Ну и что, что три дня! Женщина, имейте совесть! Я тут уже третий год каждый месяц сюда прихожу, а она без очереди лезет.

Возмущенный ропот прокатывается по толпе:

— Возмутительно!

— Невозможно!

— Женщина, немедленно уйдите!

Но она уже никого не слушает, проталкивается локтями к самым дверям и, к всеобщему возмущению, контролер на входе пропускает её к перрону.

— Вот так всегда, я её ещё в прошлом месяце видела, — произнесла блондинка,  — так она тут так рыдала, когда её номер не объявили! А она тогда вообще в первый раз пришла!

— А я прошлый месяц вообще пропустила, — вздохнула я.

— А что так? — блондинка нахмурила брови.

— Муж уезжал, смысла не было.

А, понятно. Месяц даром пропал.

— Точно, — киваю я.

Вдруг ожил громкоговоритель под потолком:

Внимание, внимание! произнёс высокий женский голос. Скоро на перрон прибывает поезд “счастье”. Всем ожидающим просьба приготовить номерки!

Мы обе достали из сумочек серебряные жетоны.

— У меня номер 13, — улыбнулась девушка. Счастливый или нет?

— А у меня 31! — произнесла я. — Ты моё зеркало!

Девушка развеселилась от такого предположения:

— Значит я тебя не случайно встретила! Может быть в этот раз получится!

— Обязательно! — улыбнулась я. — Кстати, меня зовут Любовь.

— А я — Юля, — её глаза блеснули. — Я раньше в другом углу всегда стояла. А в прошлый месяц поменяла дислокацию! Вот ведь не зря, чувствую, что все получится! Недолго ведь нам осталось ждать-то!

— Надеюсь, — я прикусываю нижнюю губу. Я так всегда делаю, когда нервничаю. — Ладно, давай помолчим, чтобы не спугнуть удачу.

— Давай.

Громкоговоритель под потолком снова закашлял. Мы как по команде повернули головы. В зале стало тихо-тихо, так, что я почувствовала, как громко бьётся сердце.

— Итак, объявляю номера по порядку. Всём объявленным номерам просьба пройти к перрону! Номер 1,10,12,28...

Я взглянула на Юлю и увидела, как помрачнело её лицо. Я взяла её за руку. Она посмотрела на меня, и на секунду мне показалось, что в её глазах мелькнула злость. Я моргнула. Может быть показалось?

— 30, 32, 33, 45… — диктор продолжала диктовать. Строго, безжалостно.

Мы стояли с Юлей, держась за руки, и слышали, как вокруг стали кричать, захлебываясь слезами, женщины. Внезапно кто-то стал лезть к дверям на перрон, но толпа контролеров реагировала мгновенно — они взяли женщину под руки и поволокли к выходу из зала ожидания. Она кричала и вырывалась, но руки держали её крепко.

— Нет, пустите меня туда! Это ошибка! — рыдала она.

— Женщина, вас вообще больше не пустят сюда, если будете кричать!

И вдруг люстра над нами задрожала. Сквозь стеклянные двери, выходящие на перрон, я увидела, как плавно подъехал белоснежный поезд с двумя ярко-красными полосками вдоль корпуса. Я увидела, как открываются его двери, и как выходят из них женщины в белых халатах, которые держат в руках розовощеких младенцев.

— Каждый раз так! — Юля топнула ногой. — Только посмотри на эти их самодовольные ухмылки!

— Пошли отсюда, — произнесла я, — пока и нас не выгнали.

Вечер. Мы сидим с Юлей в придорожном ресторане со странным и емким названием “На горе” и потягиваем вино из высоких бокалов.

А знаешь, с другой стороны, мы все ещё можем вот так вот посидеть, поговорить, — говорит Юля, вытирая салфеткой размазанную по щекам тушь.

— Да надоело уже сидеть! — возмущаюсь я. — Больше ноги моей в том зале не будет.

Юля смеется:

— Да, да, да! Я себе это каждый раз говорю. А потом опять туда же, — её мутный взгляд лениво взметнулся к потолку, — на-встре-чу меч-те.

— Юль, тебе хватит, — я отодвигаю её бокал, — а то точно поезд не придёт!

— Да что ты знаешь о поездах? У меня подруга тоже полтора года ждала, а потом напилась, раз! И все!

— Нет, это точно не поможет. Я пробовала.

— А березку пробовала? — произносит Юля, прямо глядя мне в глаза.

— И березку, и йогу тантрическую, и ароматические свечи, — я смотрю на неё и чувствую, что язык мой уже не может остановиться, — потом ещё таблетки, уколы, потом травы целебные, акупунктуру. После была гимнастика и чакровое дыхание, потом…

— Ой, подруга! — Юля, пошатываясь, кладет руку мне на плечо. — Ты давно ждёшь-то?

Я смотрю в её огромные голубые глаза и вижу, как в них ещё теплится надежда. И я хочу, хочу сказать ей, что все будет хорошо. Но я не могу врать…

— Пять..

— Пять месяцев? Так это не срок! — она делает витиеватый жест рукой.

— Пять лет, — хрипло произношу я и опускаю взгляд в пол.

Я слышу как Юля кашляет, а после — звук разбитого стекла и всхлипывания.

— Юленька, ну не плачь! — утешаю я её, но она плачет ещё горше. — Это только я такая неудачница. А у тебя все обязательно получится!

Я поворачиваюсь к бармену, который стоит за стойкой и лениво протирает фужер, украдкой поглядывая на нас.

— Можно нам счёт?

— Один или разделить?

Я с сочувствием покосилась на Юлю и произнесла:

— Я оплачу.

Бармен вздыхает и ставит стакан на поднос. А после подходит ко мне:

— Слушай, ну что ты их постоянно водишь сюда, а? Платишь за всех, жалеешь…

— Просто женщине нужно выговориться. — Я протягиваю ему несколько смятых купюр. — Что вы, мужчины, в этом вообще понимаете?

— Ну выговорится она, поплачет… Снимет груз с души, а потом придёт её поезд.  

— Хорошо бы, — улыбаюсь я. — Сдачу оставь себе.

— А ты? На тебя смотреть больно!

— Ну и что, что я? Зато я им помогаю! — возражаю я. — Раз уж я здесь застряла, чем мне ещё заняться?

— А чем будешь заниматься, когда твой поезд придёт?

— Как чем? — удивляюсь я, — ребёнком!

— Ну на год тебя, допустим, хватит. А потом?

Я прикусываю губу и собираюсь с мыслями. Но ничего в голову не идёт.

Бармен ждёт несколько секунд, а после снова задаёт вопрос :

А помнишь, как мы сами были детьми?

— Помню, конечно… — улыбаюсь я. — А что?

— Я в детстве, помню, заходил на кухню и зачарованно смотрел, как мама готовит ужин, — мечтательно произнёс он, -— а потом подрос и сам стал помогать. А однажды мы всей семьёй пошли в ресторан, где мамина знакомая заведовала кухней. Мы все сидели за столом и ждали заказ. Я улизнул якобы помыть руки, а сам проскочил на кухню и там… Там я понял, что такое волшебство - аромат копченого лосося, блеск остро заточенных ножей...

— Но ты же Бармен! — возразила я, — и всегда им был, все пять лет, что я здесь. При чем тут кухня?

Он улыбнулся и поставил на стол новый отполированный до блеска стакан:

— Я хозяин этого ресторана. А за стойкой стою иногда, чтобы прикоснуться, так сказать, руками к работе, послушать мнения посетителей. Вид изнутри — он самый правдивый.

— Ты хозяин?

— Да, — пожал он плечами. — И я люблю то, что делаю. Мне есть зачем просыпаться по утрам - я приношу людям радость. Вкусной едой, напитками. А здесь, за стойкой, я могу вот так поговорить по душам.

— Удивительно, — прошептала я. — Мне бы вот так!

Так чего же ты ждёшь? Просто делай то, что любишь. Не тогда, когда придёт треклятый поезд, а уже сейчас.

— А что я люблю?

— Ты мне скажи.

— Я даже не знаю, я бы учиться пошла, мне нужно получить лицензию, чтобы открыть свою бухгалтерскую компанию. Но это столько времени займёт. А сколько денег!

Он улыбнулся :

— И как это связано с тем, что ты любишь?

— Не знаю…

— Ты приходишь сюда так часто… Иногда с блокнотом. Что ты там пишешь?

— Ах, это… — мои щеки заливает румянец, — да так, ерунда… Сказка про девочку.

— Ты кому-то её показывала?

— Нет. Да и получается так коряво…

А ты могла бы заниматься бухгалтерией, если бы ты никогда нигде этому не училась?

— Нет, конечно, — отвечаю я. И смотрю на него уже другим, заинтересованным взглядом, ожидая продолжения. Но он только улыбается и протирает свои стаканы.

— Ну, думаю ты сама знаешь ответ на свой вопрос.

— Знаю? — я прикладываю руку к груди. Какое-то светлое, такое до боли родное и давно позабытое тепло. Оно томится в моей груди, готовое выплеснуться наружу.

— Слышишь? — тихо произносит он.

— Что это?

Это твоё сердце. Слушай, что оно говорит тебе. Я знаю, ты думаешь, что ты одна такая, но я видел много таких, как ты. Это женщины, которые тратили годы, ожидая свой поезд. Но все это время поезд ждал их!

Я сижу и думаю. А ведь и правда, скоро сентябрь. Помню, как в детстве ждала осень. Желтые листья, прохлада по утрам, но главное - это жажда новых знаний! Так почему бы просто не поискать для себя курсы?

 

Декабрь. Снег щедро осыпает сонные улицы, крыши домов. Уличные фонари тускло освещают дорогу. Я иду за руку с мужем и рассказываю, как прошёл мой день.

— Представляешь, преподаватель говорит, что мой рассказ отправится на публикацию в новогодний выпуск журнала!

— Ты просто светишься.

— Еще бы!

Я смеюсь и обнимаю его. Как дети, мы танцуем и весело смеемся. Снежинки порхают над нами, как стаи мотыльков, и все кажется таким удивительно прекрасным, как в сказке.

Мы заходим в подъезд, на лифте поднимаемся на третий этаж. Я целую его, прижимаюсь щекой к его колючей щеке.

— А давай не спать всю ночь!

Он смотрит на часы:

— А тебе разве не нужно утром в зал ожидания?

— Я туда с осени не ходила! И не хочу… будь что будет!

— Но как же ты узнаешь?

Я смотрю на него глазами, полными любви. Действительно, что-то я совсем забыла про все эти расписания и графики… Лифт останавливается, и двери открываются. Я вижу в коридоре человека в синей униформе. Он стоит у двери нашей квартиры, переминается с ноги на ногу, в руках у него конверт.

— Вам помочь? — спрашивает его муж.

— Да, — отвечает человек, — это же ваша квартира?

— Да.

— Ну тогда это вам, — он протягивает мне конверт, — вам назначено срочно получить вашу посылку в камере хранения. Что же вы не приходите к нам больше?

Он машет на прощание рукой и уходит, а мы так и стоим в коридоре вдвоем с мужем, не веря в то, что это и вправду происходит.

Я открываю дрожащим руками конверт и извлекаю письмо. Прошу мужа прочитать.

"Дорогой номер 31, поздравляем!

Ваш поезд счастья успешно прибыл на платформу, и у вас будет чудесный малыш! Мы вас ждём для получения посылки по адресу…"

Я уже не слушаю, сердце громко колотится, и хочется танцевать.

—- А я ждала всё это время! —- Смеюсь я, — Я так долго ждала этот поезд! А он!

— А что он? — улыбается муж.

А он все это время ждал меня!


Автор Любовь Леонова, выпускница школы Довольная Ева

Рекомендуем почитать

Если Вам понравился данный материал, поделитесь им в социальных сетях. Это очень важно
Вернуться наверх
наверх